Православная тропа не ведет в капитализм

 

Прошло Рождество (которое я, как убежденный атеист, не отмечаю) и потянуло поразмышлять на тему «менеджмент качества и православие». Читая известную статью А. Гличева «Качество и духовность», я не могу отделаться от мысли, что она писалась в специфическом эмоционально-психологическом состоянии, когда чувства превалируют и самая мысль «поверять алгеброй гармонию» кажется кощунственной. Именно этим специфическим состоянием я и могу объяснить то, что основополагающие утверждения статьи находятся в разительном противоречии с практикой, которая, как известно, критерий истины.
В последние, пожалуй, пятнадцать лет в России складывается «трогательный» союз государства и православной церкви (РПЦ). Исподволь нам предлагают вернуться к «истинным» ценностям (читай, христианским, православным) и тем самым сделать шаги в направлении восстановления некой духовности.
И при этом параллельно ставится задача формирования России, как мощного государства, сила которого кроется, в первую очередь, в экономике. При этом западный менеджмент (как наука и практика) должны сыграть в этом процессе немаловажную роль.
На мой личный взгляд, это две вещи «несовместные»: либо православные ценности, либо принципы западного менеджмента со всеми вытекающими оттуда последствиями, в том числе, и качеством в известном понимании.
Известно, что центральную роль в христианской этике играет доктрина о спасении, как конечной цели. Т. к. вечная жизнь всегда была уделом будущего, но выглядела весьма заманчиво, то пытливый человеческий ум старался найти способы еще при земной жизни обнаруживать признаки избранности к спасению.
Часто говорят, что протестантизм породил капитализм. И это не просто слова, ибо именно протестантизм предложил формулу, которая кардинальным образом изменила наш мир: твой успех в земной жизни есть свидетельство твоей избранности к спасению. Мотивирует?
А теперь сравните с православным: земная жизнь ценности не имеет (в конечном счете).
И как эту установку скрестить с западным менеджментом, насквозь проникнутым протестантским духом?
Как человека, чьи глаза устремлены к небу, заставить думать о сиюминутном качестве для людей, если все — прах и тлен?
Конечно, можно объявить качество «богоугодным делом», но вот ведь заковыка: в таком случае качество (и человек, как потребитель этого качества) из цели превращается в средство обретения «благоволения в очах». Что не очень красиво выглядит с моральной точки зрения и не очень надежно — с экономической.
Не замечали, что нам гораздо милее собственная «духовность» (кто бы как это ни понимал), нежели потребности ближнего? Да, мы способны сочувствовать ближнему, отдавая ему последнее, мы способны на высокие «духовные» подвиги ради него, но мы совершенно не способны на рутинное обслуживание ближнего, причем обслуживание в его интересах, делать так, как он просит. Мы не делаем продукт для удовлетворения ближнего, мы реализуем себя в продукте.
Я понимаю нашу власть, которая ищет в православии идеологическую опору для народа взамен «выбывших из строя» идей коммунистического счастья. Но это, право слово, не очень подходящий фундамент для строительства «общества потребления», кое мы взяли ныне за модель. Потребления — в хорошем, позитивном смысле слова.
Качество по сути своей гуманистично, а православие отвергает гуманизм. И вместе им не сойтись…

Комментировать